Половая любовь

Половая любовь (или Эротическая любовь) — сильное и устойчивое сексуальное влечение к единственному лицу, порождаемое моралью моногамного брака. Половую любовь, выраженную в особо яркой форме, принято называть романтической любовью.

Путем опроса большого числа респондентов в разных странах были установлены следующие характерные проявления романтической любви: особое значение — концентрация внимания только на одной личности, фокусировка внимания на ней, часто в ущерб всему и каждому вокруг себя, идеализация возлюбленного, навязчивое мышление о нем, накал эмоций, растрата энергии, приводящая к потере аппетита и бессоннице, смена настроения от экстаза до отчаяния, жажда эмоционального единения, выискивание признаков ответных любовных чувств, смена приоритетов в жизни, эмоциональная зависимость от любимого, жажда сексуальной исключительности, ревность. Любви свойственны также непреднамеренность, неконтролируемость, преходящее состояние.

Некоторые авторы считают, что любовь между мужчиной и женщиной полностью исключает половое влечение между ними, либо что это влечение является всего лишь необязательным компонентом половой любви. Другие авторы, определяя сущность половой любви, о половом влечении в ней не упоминают.

Сущность и происхождение неразделимы. Любовь, порождаемая половой потребностью, и любовь, порождаемая чем-то другим, например, «стремлением жить радостями другого», имеют разное происхождение, следовательно, разную сущность и должны изучаться раздельно. Объединение их является крупной методологической ошибкой и приводит к тому, что исследование либо распадается на несколько отдельных исследований — в зависимости от происхождения того или иного вида любви, либо сводится к выявлению общих внешних признаков, не позволяя проникнуть в сущность изучаемого.

Следует отличать от половой любви отношения, включающие и сильную привязанность, и насыщенность чувств, и регулярный секс, если секс в них — не основа, а следствие возникшей привязанности. Примеры: эротический перенос при психоаналитическом и других видах лечения, аддикция, садомазохистская пара.

Примерно до середины XX века половая любовь была главной темой в произведениях искусства всех жанров. Авторы этих произведений внушали мысль, что половая любовь дарует людям великое счастье, наполняет смыслом жизнь, и что браки должны заключаться исключительно по любви. Некоторые из психотерапевтов придерживаются иной точки зрения, указывая на разрушительное влияние любовных переживаний на психику.

Несогласованность в терминологии

Работам по теме половой любви свойственна несогласованность в использовании этого термина. Большинство авторов считают необходимым отделять любовь, как нечто качественно отличное, от всех прочих видов сексуальных привязанностей — даже длительных и прочных. Значительное внимание уделяется тому, чтобы найти границу между любовью и так называемой влюбленностью. Считается, что влюбленность во многом: и в силе привязанности к единственному лицу, и в накале страстей напоминает любовь, но все же до любви не дотягивает и является самостоятельным состоянием сознания, которое иногда может переходить в любовь, но в большинстве случаев не переходит. В чем именно различие между ними — единого взгляда нет. По мнению авторитетных сексологов, однако, никакого принципиального различия между любовью и влюбленностью не существует, и разница между ними только в силе чувств, в степени выраженности влечения.

В то время, как одни авторы считают, что достаточно мелких, трудноформулируемых отличий — и при всем сходстве проявлений получается уже не любовь, а самостоятельное состояние сознания, другие авторы в многочисленных научно-популярных книгах о любви сильные привязанности не выделяют как нечто особое, заслуживающее отдельного изучения, и называют любовью всякую сексуальную связь, независимо от ее продолжительности и силы чувств. Словосочетания «любовные взаимоотношения» и «сексуальные взаимоотношения» в их книгах, фактически, взаимозаменяемы. Встречаются также труды, в которых автор заявляет о намерении раскрыть сущность половой любви, но рассуждает совсем о другом: о половом влечении к партнеру определенного типа и его причинах.

Причина несогласованности в том, что создаваемые наукой термины отражают не только то общее, что содержится в предметах, к которым прилагается термин, но и общественный интерес. Отношения полов образуют широчайших спектр — от красивой неугасимой страсти до безличного одноразового секса. В моногамном обществе все, кроме законного брака и любви, недопустимо — независимо от длительности и силы чувств, а потому нет нужды в формировании особых терминов, отражающих различные формы этих отношений. Фактически, существовал только термин «любовь» и ряд пренебрежительных слов, которым обозначали все, что угодно: к примеру, развратом или похотью именовали и многолетнюю внебрачную связь с прочными чувствами, и разовый секс с проституткой. Когда связи между лицами, не состоящими в браке, стали, по существу, нормой поведения, признаваемой большинством, выяснилось, что подходящего, лишенного негативной окраски термина для их обозначения нет. Пришлось называть их любовью, любовными связями. Но этот же термин традиционно имеет совсем другое наполнение.

Отсутствие любви у животных

Некоторые авторы называют словом «любовь» кратковременные сексуальные предпочтения и, считая, что любовь наблюдается также у животных, строят на этом теорию человеческой любви: любовь животных, по их мнению, диктуется химией мозга, значит, у людей — тоже. Любовь животных возникает по причине изменения уровня нейромедиаторов, значит, у людей — тоже.

Сексуальный выбор у животных, предпочтение самкой определенного самца длится лишь в течение периода спаривания: от нескольких часов до трех-четырех дней, по окончании которого самец и самка больше не проявляют друг к другу никакого интереса. У людей подобные отношения любовью не называют, а потому этот термин к животным не применим. У некоторых видов животных образуются постоянные пары, иногда на всю жизнь. Но взаимная привязанность самца и самки в таких парах отделена от секса. В промежутках между периодами спаривания они сексуально индифферентны друг к другу — в отличие от человеческой любви, в которой половое влечение постоянно. В некоторых случаях участники прочной пары, совместно воспитывая детенышей, не испытывают никакого полового влечения друг к другу даже в период спаривания, спариваясь с кем угодно, но только не с постоянным партнером.

У некоторых видов животных длительная взаимная привязанность возникает на основе церемонии подавления внутривидовой агрессии, и именно она приводит к копуляции с определенным партнером. Многолетнее сексуальное партнерство у животных может быть безличным, основанным не на выборе, а на территориальной близости жилья. Самцы и самки некоторых видов птиц в течение ряда лет живут в одном том же гнезде, совместно вскармливают птенцов, но вдали от гнезда не узнают друг друга и спариваются случайным образом.

Единственным биологическим видом, у которого могло бы возникнуть нечто похожее на человеческую любовь, то есть, длительная привязанность на сексуальной основе, являются шимпанзе. Только у высших приматов возникает менструальный цикл, сходный с человеческим, в середине которого самка, если она не вынашивает и не кормит детеныша, на несколько дней впадает в состояние эструса, то есть, полового возбуждения. Но именно у шимпанзе не возникает никаких, даже краткосрочных привязанностей между самцом и самкой на сексуальной основе. За несколько дней эструса самка многократно спаривается со всеми самцами своей группы, не отказывая практически никому из них, при этом самцы, включая вожака, выстраиваются в очередь, не проявляют враждебности друг к другу и не препятствуют копуляции.

Парование

Половая любовь существовала не у всех народов. Выдающиеся антропологи прямо заявляли, что у племен, которые они изучали, любви не было. Имеется масса этнографического материала, свидетельствующего о полной свободе половых отношений у архаичных народов. При этом, описывая свободу нравов, о любви, то есть, сильной привязанности только к одному лицу, исследователи ничего не пишут. Причина в том, что любовные страсти возникают лишь тогда, когда влюбленные, стремясь друг к другу, сталкиваются с препятствиями. При парном браке, который соответствует родовому строю, никаких препятствий для половых отношений не было, общество относилось к добрачным и внебрачным связям без всякого осуждения, и девушки не опасались ничего, даже беременности: у одних народов девушку с ребенком брали замуж охотнее, поскольку она доказала свою способность рожать, другие народы были глубоко уверены, что половая связь не имеет никакого отношения к зачатию.

Привязанности между индивидами на половой основе у архаичных народов существовали, но любовью назвать их нельзя: они не требовали эмоциональной близости, секс-партнеры не были обязаны в чем-то помогать другу другу — их связывал только секс и ничего более; даже длительный и прочный союз ни в чем не ограничивал свободы как мужчины, так и женщины и не препятствовал вступлению в половые связи с другими лицами; этот сексуальный союз легко заключался и столь же легко расторгался, не вызывая тягостных переживаний. Для обозначения подобных отношений был предложен термин «парование».

Постановка задачи

Существует много теорий половой любви. Наиболее полно и не противоречиво объясняет происхождение половой любви, а также связанные с ней факты, теория Б. Шипова.

Половое влечение, заложенное в каждом человеке, само по себе, от природы, для своего удовлетворения именно определенного лица не требует: удовлетворить его можно с кем угодно, лишь бы он или она подходили по физическим данным и не производили отталкивающего впечатления. В течение жизни у большинство людей это влечение легко перескакивает с объекта на объект. Однако, у некоторых оно прочно прикрепляется к единственному лицу, после чего другие лица в качестве сексуальных партнеров перестают интересовать, как бы привлекательны они ни были по сравнению с избранником/избранницей.

Задача науки — объяснить: почему вообще возникает подобное влечение? Почему только к одному лицу? Почему его не было у дикарей? Какие психические механизмы ответственны за накал страстей и идеализацию объекта? Любовь порождается моралью моногамного общества, где запрещен всякий секс, кроме супружеского. В настоящий момент эта мораль значительно ослабла и запрет не является полным, но для постижения сущности сложного явления надо вначале понять его происхождение в упрощенном, очищенном от всего второстепенного виде. В соответствии с моногамной моралью в каждом человеке с детства воспитывается убеждение, что любые внебрачные и добрачные половые связи — гадость и грязь. Единственное исключение — это любовь, то есть длительная захватывающая страсть, ведущая к браку. Потому человек и впадает в любовь, что все другие варианты отношений между полами запрещены воспитанием и нарушая запрет, уступая своим слабостям, он испытывает потом самые тягостные ощущения. А для женщин нарушение запрета может к тому же вызвать суровые санкции.

Источник страстей

Когда между мужчиной и женщиной возникает постоянная, морально оправданная связь, и тем самым длительно подавляемое половое влечение находит признаваемый обществом канал, куда оно может устремиться, выбранное лицо приобретает особое значение, на нем фокусируется внимание, возникает его идеализация, то есть, весь описанный спектр проявлений любви. Этот психический механизм имеет общее значение и проявляется также в других видах человеческих отношений, в других видах любви.

Хотя влюбленному кажется, что причина его любви — особенные качества объекта, на самом деле влюбляются не за них. В любимой любят, фактически, собственные наслаждения, но объективируя их, переносят их на выбранное лицо и считают его причиной этих наслаждений. Объективирование наслаждений, то есть, перенос их на определенное лицо, которое начинает восприниматься как источник этих наслажденией, происходит не только в половой любви.

Выбор

Возникновение любви связано с надеждой, с получением ответных сигналов. Иначе все влюблялись бы только в самых красивых. Эта особенность половой любви отмечалась литераторами. Человек ищет предмет своей любви в доступном ему круге, но выбирает в нем наиболее сексуально привлекательных. Деление на круги доступные и недоступные зависит как от собственной внешности и возраста, так и от общественного положения. Эмоционально-волевые, интеллектуальные и моральные качества в сравнении с молодостью и внешностью имеют второстепенное значение.

Другой важный критерий выбора — способность избранника или избранницы быть предметом гордости, вызывающим зависть у других. Про любовь-тщеславие писали уже давно, но она расмотривалась как одна из разновдиностей любви. На самом деле любовь, то есть, влечение к единственному лицу, порождается соответствующим внутренним настроем, который является результатом воспитания в определенной общественной среде, а сексуальная привлекательность и соображения тщеславия, не являясь причиной этого влечения, лишь направляют выбор. Однако, по мере ослабления моногамной морали тщеславие постепенно выходит на передний план как причина любви. Абсолютной шкалы привлекательности не существует. Одна и та же женщина одному и тому же мужчине, в зависимости от обстановки может казаться и непривлекательной, и красавицей; демонстрация близости с нею может вызывать и стыд, и гордость. Пример: студент в городе, окруженный большим количеством девушек, и тот же самый студент, попавший после учебы на военную службу в отдаленный гарнизон, где женщин мало, а незамужних девушек — еще меньше.

Безответная любовь связана обычно либо с самовнушением, неправильным истолкованием ответных сигналов, которых на самом деле не было, либо с тем, что писатели называли «любовью по книжке». После того, как любовная литература получила широкое распространение, сложилась точка зрения, что любовь — это чрезвычайно важное для молодого человека занятие в жизни, свидетельствующее о благородном характере и возвышенных интересах. А потому влюбляться стали не только под действием полового влечения, но и следуя принятым в обществе правилам.

Любовь как психологический барьер

В Европе вплоть до начала XX-го века браки по взаимной склонности заключались весьма редко, да и то лишь в среде работавших по найму. В высших, аристократических кругах решающее значение имели соображения, связанные с образованием или закреплением политических и семейных союзов, среди купечества — с соединением или приобретением капитала. Таким образом, личные симпатии между молодыми людьми разного пола во все времена у всех более или менее состоятельных классов были досадной помехой, с которой следовало бороться, — и помехой очень опасной.

Девушка, хотя бы только заподозренная, что она позволила какую-то физическую близость с мужчиной, считалась опозоренной и лишалась шансов на достойный брак. Внешний контроль за ее поведением полной гарантии не давал, и в дополнение к нему были развернуты в разных формах — от романов и пьес до прямых поучений — моральные проповеди в том духе, что в отношениях полов любовь — это возвышенно и свято, а все остальное — низменно и грязно. Тем самым в психике создавался нравственный барьер, делающий невозможными краткосрочные опасные увлечения, и пренаправляющий сексуальные влечения в более безопасное русло.

Возвеличивание любви и, соответственно, принижение всех прочих форм отношений между полами было обусловлено объективными, жизненными интересами общества. Сильные страсти с мечтой соединиться навеки, то есть, вступить в брак, поддавались родительскому контролю гораздо легче, однако, было невозможно открыто заявить, что сильные чувства в отношениях полов приветствуются, а чувства той же самой природы, но немного послабее, совершенно недопустимы. Это препятствовало бы созданию психологического барьера, а потому было общепризнано, что любовь имеет иную природу, нежели более слабые сексуальные влечения.

Стена, возведенная между любовью и всякого рода влюбленностями и увлечениями, помогает бороться с нежелательными проявлениями сексуальности, но, с другой стороны, она исключает возможность научного подхода к изучению этого явления: признавать, что любовь порождается половой потребностью нельзя, но и отрицать этого — тоже: слишком очевидны факты. А потому научных книг о любви, во-первых, очень мало — в сравнении с огромным количеством художественной литературы на ту же тему, во-вторых, все написанное служит бессознательной цели не прояснения, а запутывания вопроса о сущности любви.